"Право ломаться" - не самое лучшее для ребёнка.

       16 апреля на сайте была опубликована статья Валерия Панюшкина «Право ломаться». Прочитав саму статью и отзывы, последовавшие за ней, хочу ещё раз вернуться к данной теме, чтобы рассказать всем о том, что же на самом деле произошло.

       Олечка, о которой идёт речь, учится в моём первом классе. Действительно, девочка страдает с рождения серьёзным заболеванием и нуждается в помощи со стороны взрослых в чём угодно, но только не в защите своих прав на обучение в школе,
которые со слов автора, были якобы нарушены. Судите сами. Мама привела Олю на подготовительные занятия в октябре прошлого года и сразу же предупредила, что заболевание девочки связано с возможными переломами. Не скрою, что работать
с такими детками мне ещё не приходилось и, конечно, страх за здоровье ребёнка присутствовал всегда. Я считаю это нормально, когда ты стараешься оградить хрупкого ребёнка от возможных падений, ушибов и тем более – переломов, находясь
постоянно рядом с ней и не отпуская от себя ни на минуту, но видимо таким отношением к своей ученице я уже нарушила  отстаиваемое журналистом «право ломаться». О диагнозе будущей первоклассницы знала и  директор школы, но ни разу
ни у меня, ни у администрации школы не возникла мысль, что от ребёнка надо бы избавиться, переведя её на домашнее обучение. Оля ходила на занятия до мая, а в сентябре родители привели её в первый класс, опять же не встретив никаких
препятствий в лице администрации лицея. Мы так же ходили с ней за ручку в столовую, на перемене, вместе были  на прогулке и за всё это время ребёнок ни разу не пострадал. И опять же повторюсь, что кроме внимания и заботы со стороны
пед. коллектива нашей школы ни сама Оля , ни её родители ничего другого не видели.  
       Где же логика? По словам В. Панюшкина, школа всячески препятствовала обучению  ребёнка. Тогда почему бы администрации сразу было не решить эту проблему раз и навсегда, отправив родителей девочки оформить ребёнка в школу по
прописке, а не по месту проживания? Чего было бы проще? Однако,  мы понимали, что в лицей Оле дойти легче, т.к. её дом рядом. Оля училась вместе со всеми до начала декабря, когда, гуляя вместе с няней, упала и сломала ногу. На
больничном  девочка находилась до марта, но всё это время её навещали одноклассники, я, работая в две смены, находила время зайти к ребёнку. И, как только,  разрешили врачи, Оле было назначено домашнее обучение.
Школа несёт ответственность за каждого ребёнка, и отставание по программе было просто  не допустимо.
       После выписки Оли Московской клиникой, её история болезни была направлена в детскую поликлинику. И вот тут начались чудеса! Мама Оли принесла в школу справку от хирурга, в которой было разрешено посещение школы в общем
режиме и даже не было мед. отвода от занятий на уроках физкультуры! То есть по решению врача Оля была абсолютно здорова. Естественно, что такая постановка вопроса вызвала у нас большое недоумение. Как с таким заболеванием,
да ещё и после операции –  на физкультуру?! Узнав о нашем несогласии, врачи, а не школа, как утверждает автор статьи, собрали медкомиссию, на которой я и заместитель директора , присутствовали, как приглашённые лица и не являлись
членами комиссии. Идём дальше. На комиссии мы  обращались и к маме, и к врачам, пытаясь убедить всех в том, что на сегодняшний день посещение школы Олей будет преждевременным, т.к. очень большая толкучка в раздевалке, сыро
от снега в вестибюле, девочка ещё не может без помощи сама ходить по лестнице. Да что говорить, даже на уроке выходя из-за парты, причиной падения может стать и ножка стула, и разлитая кем-то вода, что может повлечь за собой
новую трагедию.
       Единственное, что мы рекомендовали – это побыть на домашнем обучении до мая!  А с нового учебного года вновь прийти в школу. 
Почему же Панюшкин, перевернул всё с ног на голову, говоря о том, что учителя всячески пытались не допустить пребывание ребёнка в школе? Почему автору и в голову не пришло, что мы боимся в первую очередь за девочку, понимая,
что она не кукла и ей очень больно! И что мы услышали в ответ? Ребёнок уже много раз ломался и родители готовы к тому, что так дальше и будет. Пусть рискует прямо сейчас, ведь Оле  дома скучно.
Да, мы понимаем, что все права на ребёнка имеют родители и именно они, а не работники школы решают какую форму обучения стоит выбрать. Но всё это не отнимает у меня и моих коллег морального права пожалеть Олечку, и посоветовать
дать ей возможность лучше окрепнуть.
       Видимо такое отношение учителей к детям некоторым кажется странным и поэтому нас обвиняют в лени и нежелании работать с детьми. Бог вам судья. Учителя каждый день встречают детей и прекрасно понимают, какую ответственность
за них несут. И не хуже журналистов знают конституционные права ребёнка. Решением комиссии Оля была допущена к занятиям в школе без отсрочки до конца года. Что ж, врачам виднее. На сегодняшний день Оля посещает занятия  вместе
с мамой и я стараюсь сделать всё, чтобы ребёнок чувствовал себя комфортно и находился  по мере возможности в безопасности.
       А господину В. Панюшкину хочется сказать: я понимаю, почему Вы не рассказали правды об этой истории, тогда бы она не вызвала бы никакого резонанса в обществе. Чтобы привлечь читателя, нужен скандал, да и терять возможность
лишний раз бросит камень в школу и учителей и на этом фоне позиционировать себя, как непримиримого  борца с несправедливостью борца с несправедливостью, тоже не хотелось. А тема про школу и «плохих учителей» – благодатная
почва для этого. Только при всём этом  Вы отстаивали для Оли «право  ломаться», а школа доказывала, что ребёнок имеет другое право -  учиться и быть при этом  здоровым.