Сорок тысяч российских пенсионеров получают социальные выплаты за пределами страны. С каждым годом эта цифра увеличивается: провести старость на чужбине стало мечтой, которую по силам осуществить многим. Наши пенсионеры не эмигрируют, но уезжают в Турцию, Египет, Болгарию, Китай — туда, где жизнь на старости лет дешевле и комфортнее
Орхан Мустафаев, Маруся Ищенко
Персики, арбуз, клубника, йогурт — на родине таким завтраком русские пенсионеры себя не баловали. После того как в сентябре прошлого года Василий и Людмила Мезенцевы переехали в Хургаду, такой стол по утрам стал привычным. Позавтракав, они идут на общественный пляж — он в пятнадцати минутах ходьбы от их трехкомнатной квартиры. По пятницам там бесплатные дни, а потому собирается много русских, для которых яркое солнце и Красное море — настоящий рай после холодной российской жизни.
[spoiler]
— В Египте мы ничем не занимаемся,— говорит пенсионерка Людмила Мезенцева.— Отработали мы уже свое. Общаемся с такими же пенсионерами, как мы, по дому хлопочем. Живем в свое удовольствие.
Василий и Людмила приехали в Египет из поселка Сиверский Ленинградской области. Живут на российскую пенсию 9000 рублей — это их месячный бюджет. Помощи детей, которых у Мезенцевых пять, ни разу не просили: справляются.
— Мы за месяц в 300 долларов свободно укладываемся: с едой, с интернетом, с водой. Смогли бы мы на эти деньги так прожить в России?
У самого синего моря
На коммунальные услуги в китайском городе Харбин у Аркадия Вершинина уходит раза в два меньше, чем в родном Благовещенске. Так, с 2007 года на воду Аркадий Вершинин потратил меньше тысячи рублей.
— Представляете? Почти за четыре года — всего 700 рублей! — удивляется пенсионер.— Я и душ принимаю, и чаи пью, и все что хочешь... Единственное, что в Китае дорого,— отопление: 5000 рублей в год.
В Харбин Вершинин переехал около четырех лет назад. Купил там просторную квартиру по неправдоподобным для России расценкам — 7000 рублей за квадратный метр. Оставшихся денег хватило на то, чтобы полностью отремонтировать и обставить новое жилье.
Александр Гасилов поменял Екатеринбург на болгарский Бургас |
Александр Гасилов из Екатеринбурга год назад платил за однокомнатную хрущевку 33 квадратных метра около 2000 рублей. Теперь платит в два раза меньше за "однушку" 50 квадратных метров в болгарском Бургасе.
— Летом у нас за однокомнатную квартиру уходит 700-800 рублей, ну, до тысячи,— говорит Гасилов.— Зимой побольше — кондиционер постоянно работает. Здесь батарей, отопления нету. Зимы-то теплые. Вообще в Болгарии две вещи дорогие: электричество и бензин. Все остальное здесь дешевле в разы.
Однокомнатную квартиру в болгарской новостройке пенсионер купил за 760 тысяч рублей (в родном для Гасилова Екатеринбурге похожая квартира на вторичном рынке стоит полтора миллиона). Ремонт обошелся еще в 100 тысяч. Квартиру на родине он сдает, имея с этого 15 тысяч рублей ежемесячно,— хорошая прибавка, учитывая, что пенсия — 9 тысяч.
— Узнал, сколько сейчас платят за коммуналку жильцы в моей квартире,— 2600 рублей! — возмущается Гасилов.— Все время повышают тарифы, а жилищные условия не улучшаются. А сколько раз в течение года у нас воду отключают?..
Зато в его болгарской квартире воду за год отключали лишь раз — и то на один день. Об этом заранее сообщили по радио, телевидению, оповестили всех жильцов.
У Василия и Людмилы Мезенцевых воду вообще не отключают — она у них привозная, хранится рядом с домом в резервуарах, которые регулярно заполняют. За трехкомнатную квартиру в Хургаде они отдали 900 тысяч рублей — это как минимум половина того, что они заплатили бы за жилье в Ленинградской области. За египетские коммунальные услуги, по российским меркам, Мезенцевы платят копейки: вода — 150 рублей, газ — 35 рублей за баллон (его хватает на пять месяцев).
— По электричеству тариф где-то рубль пятьдесят за киловатт. Это если набегает 300 кВ. Если больше, расценки повышаются,— рассказывает Василий.— Вообще коммунальные услуги здесь в каждом районе по-разному оплачиваются. За безлимитный интернет, к примеру, мы отдаем 750 рублей.
Интернет, пожалуй, единственная вещь в Хургаде, на которой сказались недавние революционные события,— доступа в Сеть не было несколько дней. Русских пенсионеров, как, впрочем, и других иностранцев, волнения не коснулись. Когда всех туристов вывезли, именно к Мезенцевым подходили соседи — поддержать, успокоить.
Людмила говорит: "Волнения не затронули даже цены на продукты. Единственное, что в супермаркетах убрали со стоечек стеклянные банки, видимо, опасаясь погромов. И то ненадолго".
Питание в Египте действительно не дорогое: килограмм апельсинов — 12 рублей, килограмм помидоров — 12 рублей, килограмм огурцов — 15 рублей. Правда, яблоки дорогие — 40 рублей за килограмм.
Такие же низкие цены и в Болгарии.
— На продукты уходит очень мало,— рассказывает Александр Гасилов.— Вот в апреле у меня ушло 97 евро на продукты и хозяйственные нужды. Пришлось купить отвертку, шурупы и лекарства.
Василий и Людмила Мезенцевы утверждают: цены на продукты в Египте стабильны даже во время революции |
Пенсионный проект
Для 71-летнего пенсионера Вершинин живет даже слишком насыщенной жизнью: четыре дня в неделю работает в двух фирмах помощником переводчика, занимается плаванием, встречается с друзьями, а когда есть время, совершенствует язык. Несколько раз он снимался в эпизодических ролях в китайских сериалах. На родине, уверен пенсионер, старость сложилась бы иначе: "В таком возрасте самая козырная должность — сторож".
На двух работах Аркадий Артемович трудится не только из-за денег — просто хочется быть полезным.
Александр Гасилов копил деньги на Болгарию, работая начальником ремонтно-эксплуатационного обслуживания в правительстве Свердловской области. Чем ближе была пенсия, тем больше он понимал: заниматься на старости лет в Екатеринбурге ему нечем. Он вышел на пенсию досрочно в 58 лет. Потом полгода состоял на учете в бюро по трудоустройству и в 59 покинул родину, получив на руки пенсионное. Одним словом, к своему "пенсионному проекту" готовился тщательно.
Мезенцевы тоже собирались в Болгарию, но передумали: жилье там дороже, да и климат для аллергика Людмилы неподходящий. К переезду подталкивали и семейные обстоятельства: трое сыновей жили с ними.
— Наши пацаны уже взрослые — 28, 26 и 24 года,— говорит Людмила Мезенцева.— У нас две семьи жили в одной комнате, одна семья во второй комнате и мы в третьей. То есть надо было либо покупать жилье своим детям, либо самим куда-то перебираться. На жилье в России нам денег не хватало, и мы решили, что нам легче купить жилье в Египте. Мы приезжали сюда туристами, заранее все разузнали.
Переезд в чужую страну сопровождался множеством страхов. А если возникнут проблемы с языком? Вдруг понадобится помощь, а звать будет некого? Что делать, если заболеем? Но все оказалось просто: русский понимают даже в нетуристических районах, за помощью всегда можно обратиться в общественные организации или российское консульство, а в госпитале обслуживают с купленной в России медстраховкой. По родине Мезенцевы не скучают, потому что живут здесь "как при Союзе" — украинцы, прибалты, белорусы — все как одна большая семья.
Владимир Назаров из Института экономической политики имени Егора Гайдара считает, что миграция наших пенсионеров за рубеж объясняется уходом российского общества от патриархальной модели.
— Мы перенимаем стиль жизни развитых стран. Распадается патриархальный уклад семьи, когда родственники друг от друга ни на шаг. То есть забота о стариках становится преимущественно материальной и опека над молодыми уменьшается. Бабушки и дедушки уже не обязательно моют окна, полы и готовят борщ для своих внуков и других младших родственников. У людей появляется желание и возможность проводить старость иначе, даже вдали от семьи.
Но, конечно, западная модель не всем по душе. Так, в семье Вершининых возникли разногласия. Аркадий Артемович уверен, что на пенсии уже можно и для себя пожить. Жена его осталась с внуками в Благовещенске:
Аркадий Вершинин в Харбин переехал без жены и теперь фотографируется с местным населением |
Обеспеченный пенсионер
Чтобы улететь в Египет или Болгарию на ПМЖ, российскому пенсионеру нужно купить в этой стране недвижимость и оформить документы.
— Кроме документов нужно еще статус показать, что ты не просто "пенсионер", а "обеспеченный пенсионер",— объясняет Гасилов.— Это значит, что у тебя открыт счет в болгарском банке не меньше чем на 1500 евро. И плюс пенсия у тебя есть, что подтверждается справкой из Пенсионного фонда. Тогда ты можешь получить нужную визу.
В Египте процесс подачи документов утопает в бюрократических проволочках.
— Они там ставят визу и говорят: приходите через две недели, потом еще через две,— говорит Людмила Мезенцева из Хургады.— Муторно, конечно, к чиновникам ходить.
Если пенсионер не продлил свою визу, в аэропорту с него возьмут штраф 30 долларов. Поэтому некоторые живут вообще без документов.
В Китае к нарушениям в оформлении документов относятся проще. Аркадий Вершинин приехал в Харбин с годовой визой и забыл зарегистрироваться. А по правилам эту процедуру нужно пройти в течение 24 часов.
— А я сделал это спустя год! Я пришел в их милицию с другом-переводчиком, и меня спрашивают: а чего ты не зарегистрировался? Я сказал: у меня возраст, с памятью плохо... Он рукой махнул, сказал только штраф заплатить — 500 юаней. Я стал показывать документы свои, в том числе на квартиру. Он и говорит: "Так ты квартиру купил? Жить здесь собираешься? Так зачем тебе виза? Живи так, кто тебя трогает?" Я объяснил, что мне надо раз в год ездить хотя бы, чтобы пенсию брать. Он сказал: "А, ну тогда ладно". Наша милиция выдоила бы меня до рубля.
Старикам здесь не место
— У нас система заботы о пожилых людях не настроена на помощь в чрезвычайных ситуациях,— говорит Владимир Назаров.— В лучшем случае приходит социальный работник, и то время от времени. Перечень предоставляемых государством услуг очень лимитирован. Остальные — за деньги, причем за большие. Даже в дома престарелых в некоторых регионах очереди годами. И то вам там не очень рады, и качество обслуги оставляет желать лучшего. Поэтому пенсионеры стремятся в страны, где более адаптированные условия.
Когда условия для пожилых людей в России станут лучше — большой вопрос. А потому количество пенсионеров, решивших провести свою старость за границей, а не на родине, видимо, будет увеличиваться по мере роста благосостояния населения.
— Оптимальным для страны решением было бы развитие услуг по уходу за пожилыми людьми и медицинских услуг в регионах с благоприятными климатическими и экологическими условиями,— говорит Владимир Назаров,— если бы опять-таки был создан определенный рынок, пенсионеры из Москвы могли бы уезжать не за границу, а в теплые края России. Это было бы оптимально и выгодно.
